Уважаемые коллеги, друзья!

Когда мы говорим о необходимости сохранения сегодня наших духовных традиций и культурного наследия, то должны постараться понять и воспроизвести не только благородные цели, но и те общественно-политические механизмы, логику действий, тактику наших славных предков, которые создавали и приумножали эти традиции и наследие.

Бесспорным духовным и культурным завоеванием  традиционного российского ислама в 19 веке было формирование просветительской элиты, которая обусловила расцвет и светской литературы, и богословия, философской, и социологической мысли. Однако до этого были сформированы причины и задействованы общественные механизмы, которые обусловили появление этой элиты. И понимание сегодня этих причин и механизмов для нас особенно важно потому, что мы хотим создать нечто подобное. Безусловно, мы знаем, что прошлое не воскресишь, а вот использовать этот опыт для воссоздания схожих явлений на современном уровне представляется возможным, и это в наших силах.

Так что же за причины и механизмы привели к расцвету просвещения среди приверженцев ислама в Российской империи? Если до 19 века мусульмане не имели возможностей для получения полноценного образования: ни религиозного, ни светского, то с середины 19 века возобладала концепция, что образование необходимо, и молодые люди стали получать высшее образование как светское, так и религиозное. И затем занимали ответственные должности в Российской империи, становились высококлассными госслужащими, депутатами Государственной Думы, успешными и крупными предпринимателями, профессорами, богословами. Множество мусульман получило за заслуги перед Отечеством дворянское звание. Они были патриотами своего земного Отечества, России. Им удалось в свое время победить «салафитскую» идеологию.  А обширные богословские знания не просто уживались с патриотизмом, но и обогащали, и укрепляли его.

К сожалению, революционные потрясения, произошедшие около ста лет назад, ударили по отечественному мусульманскому образованию. Единственным местом в Советском Союзе, где можно было получить религиозные знания, стало медресе в Бухаре и Исламский институт в Ташкенте. Однако после распада СССР и превращения Узбекистана в самостоятельное государство, на территории РФ не осталось и этого. И десятки, сотни совсем еще молодых людей, юношей, даже подростков самостоятельно или по направлению тогдашнего ДУМ отравились в арабские страны. Я ни в коем случае не хочу сказать, что там кто-то намеренно воспитывал их в экстремистском духе. В каждой стране своя традиция, и на Аравийском полуострове, где до 18 века процветало невежество, появление идей радикального очищения местного ислама от магии и суеверий могло быть прогрессивным для той эпохи. Однако механическое перенесение этой логики на землю, где ранее процветала богословская мысль, сложились свои традиции жизни в поликонфессиональном обществе и государстве, было абсолютно неприемлемым. Тем не менее, часть наших соотечественников, обучавшихся за рубежом без получения предварительного образования в России, впитала в себя логику противостояния религиозных фанатиков и темных бедуинов 18 века и привезла ее с собой на Родину.

 Помимо этого, во многих странах, где ислам является государственной религией, сегодня имеет место противостояние местного религиозного фанатизма и светской культуры, поэтому главный акцент в проповеди для населения делается на борьбе с проявлениями светскости во всем, начиная с одежды. И это не лучший пример для России, где большинство населения является неверующим, а государство – светским. Однако верующие и неверующие давно нашли алгоритм нормальных взаимоотношений в рамках конституционного принципа отделения религиозных объединений от государства и праве гражданина самому определять свое отношение к религии. 

К большому сожалению, у нас – и верующих, и государства – не хватило сил, чтобы в течение 18 лет после крушения коммунизма возродить систему дореволюционного богословского образования на территории РФ.  Усилий хватило только на три вуза: в Казани – РИУ, в Москве – МИУ. Но этих высших учебных заведений и титанических усилий, которые предпринимает председатель СМР муфтий Равиль Гайнутдин, недостаточно для гигантских масштабов России – одной седьмой части суши планеты, учитывая всё возрастающий уровень религиозности среди молодежи.

Главная беда в том, что сегодня религиозный экстремизм всё больше подпитывается такими факторами как: безработица среди мусульманской молодежи, общее недовольство экономическим положением, коррупция, тяга к идеалам социальной справедливости и революционным путям ее достижения. Этот «коктейль Молотова» в джихадистской упаковке притягивает к себе всё больше молодежи, особенно из неблагополучных районов Северного Кавказа, а также Поволжья. «Салафиты» заняли в российском обществе место «народовольцев» и «эсеров», их контакты с афганским Талибаном осуществляются уже чуть ли не через Приволжский Федеральный округ!

Против традиционного ислама в России сегодня идет настоящая идеологическая и террористическая война на всей территории страны. У нее есть реальные жертвы. Люди, которые отстаивают позиции российского ислама и в своих проповедях осуждают религиозный экстремизм, становятся мишенью для воинственно настроенных сторонников радикальных течений ислама. Действия пособников религиозному экстремизму не только нарушают права граждан, но и подрывают авторитет нашего государства. На международной арене формируется портрет российской уммы,  искаженный подобными фактами.

Недавно Совет муфтиев России принимал делегацию, в составе представителей от МВД ФРГ и Евросоюза. У них были предвзятые представления об исламе в России, которые в основном, формировались сообщениями из неблагополучных мест Северного Кавказа. Мы показали им разницу с Поволжьем, показали Казань, и увиденное  стало сенсацией для них. Ведь ислам в России сегодня  поднялся на высокий уровень. Как площадка для открытого сотрудничества и партнерства был создан Фонд поддержки исламской культуры, науки и образования, членом правления которого является, главный советник Администрации Президента РФ Алексей Гришин.

Тем не менее, если сегодня решительно не повернуть ситуацию в пользу реальной поддержки традиционного ислама, помощи в налаживании исламского образования и просвещения в масштабах страны, то искаженные  и предвзятые представления о российских мусульманах могут со временем стать горькой правдой.

Председатель Попечительского комитета Совета муфтиев России,

Советник Председателя Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации Ф.Ф. Фарисов